Пленум верховного суда по подделке официальных документов в 2020 году

Самая важная информация по теме: "Пленум верховного суда по подделке официальных документов в 2020 году" с выводами от профессионалов. В случае возникновения вопросов и при необходимости актуализации данных вы можете обратиться к дежурному юристу.

Верховный суд разъяснил особенности применения статьи 327 УК РФ

Верховный суд РФ рассмотрел дело, в рамках которого жительница Башкирии обвинялась в подделке банковского договора (статья 327 УК РФ). Ранее суд признал ее виновной в подделала депозитного договора. Выяснилось, что в «правильном» договоре она расписалась за свою мать, после чего зачисляла по нему деньги на счет и снимала их оттуда.

Судебная коллегия Верховного суда Башкортостана подтвердила приговор по статье за подделку документов, без изменения оставил его и президиум Верховного суда республики. Женщина в надзорной жалобе в высшую судебную инстанцию страны оспорила свое осуждение.Соглашаясь, что доверенность, как того требует Гражданский кодекс, не оформлялась, она оспаривала факт подделки официальных документов.

По мнению Верховного суда, ставшего на сторону жительницы Башкирии, предметом преступления в 327-й статье УК являются лишь официальные документы, которые выдаются государственными, общественными или коммерческими организациями. Такие документы обязаны либо предоставлять человеку какие-либо права, либо освобождать его от каких-нибудь обязанностей. В случае же когда подделан документ, не дающий человеку дополнительных прав и ни от чего не освобождающий, состав преступления отсутствует. Договор депозитного вклада, который женщина заключила с банком в пользу своей матери, по мнению Верховного суда, не относится к числу официальных документов, о которых говорит уголовная статья. Верховный суд, отменил судебные решения в отношении осужденной и признал за ней право на реабилитацию.

Обзор постановления Пленума ВС РФ № 48 о мошенничестве, присвоении и растрате

Здравствуй, Регфорум! 30 ноября 2017 года Пленум Верховного Суда РФ принял ожидаемое многими юристами постановление № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

Почему этого постановления так ждали? В данном случае необходимо поговорить о правовой природе постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Некоторые специалисты, подчеркивая особую значимость данных документов, называют их источником права, то есть способом закрепления правовых норм. На самом деле, это конечно не так, поскольку постановления Пленума Верховного Суда РФ сами по себе не создают правовые нормы, а выполняют лишь функцию толкования существующих норм. Вместе с тем, исходящие от Верховного Суда РФ разъяснительные документы в некоторых случаях могут формировать правоприменительную практику, ориентируя судей на тот или иной подход в области оценки общественно опасных деяний, зачастую серьезно расходящийся с теорий уголовного права.

Что касается ситуации с привлечением наших сограждан к уголовной ответственности по делам о мошенничествах и растратах, то количество необоснованных возбуждений подобных уголовных дел стало переходить всякие разумные границы, в связи с чем на это обратили внимание не только правозащитники, но и представители власти, в том числе и Верховный суд РФ. Вместе с тем, необходимо признать, что пока прилагаемые властями усилия, во-первых, носят хаотичный и бессистемный характер, а во-вторых, мало результативны.

Давая же оценку, непосредственно обсуждаемому Постановлению Пленума Верховного Суда РФ, следует пояснить, что по большому счету ничего кардинально нового для правоприменительной практики по делам указанной категории оно не несет. Дело в том, что до его принятия действовало во многом аналогичное разъяснительное постановление от 2007 года, которое не так уж существенно отличалось от вновь принятого и не смогло поколебать обвинительного подхода при уголовно-правовой квалификации следователями и судьями гражданско-правовых отношений.

Вместе с тем, есть несколько моментов, на которые в обсуждаемом постановлении хотелось бы обратить внимание и которые, исходя из их буквального толкования, в случае неукоснительного исполнения судьями (надо признать, что с этим в судах до последнего времени все было не очень здорово) должны в лучшую сторону повлиять на практику квалификации деяний как преступных.

Так, Верховный Суд РФ отметил, что далеко не всякое неисполнение гражданско-правовых обязательств может быть квалифицировано как мошенничество. Такая квалификация возможна лишь, если умысел на хищение возник до передачи в пользу виновного денежных средств или иного имущества, а не после такой передачи. Более того, завладение чужим имуществом должно быть сопряжено с умышленными действиями, связанными с обманом или злоупотреблению его доверием. В качестве примеров подобных действий в постановлении приводятся использование лицом при заключении договора поддельных документов, в том числе документов, удостоверяющих личность, уставных документов, гарантийных писем, справок, сокрытие лицом информации о наличии задолженностей и залогов имущества, распоряжение полученным имуществом в личных целях вопреки условиям договора и другие.

Впервые Пленум Верховного Суда РФ дал разъяснения по вопросу завладения безналичными денежными средствами, в том числе электронными деньгами. Пленум указал, что такие действия также следует признавать хищением чужого имущества. При этом оконченными действия, по мнению авторов обсуждаемого постановления, надлежит признавать с момента изъятия денег с банковского счета их владельца. Это противоречит общему теоретическому принципу уголовного права об окончании хищения с момента получения у виновного реальной возможности распорядиться похищенным (в том числе в отношении остальных видов имущества такой принцип закреплен в этом же постановлении), однако уже, очевидно, что с учетом данных разъяснений практика пойдет по предложенному Пленумом Верховного Суда РФ пути.

Еще одним важным моментом, на который обратил внимание Верховный Суд РФ, является разъяснение по вопросу того, в каком случае деятельность обвиняемого может быть оценена, как предпринимательская (это с учетом положений уголовно-процессуального законодательства предусматривает особый порядок избрания меры пресечения, позволяющий заключать предпринимателей под стражу, лишь в исключительных случаях). Верховный Суд РФ в очередной раз отметил, что под совершением мошенничества в сфере предпринимательской деятельности следует понимать умышленное неисполнение принятых на себя виновным лицом, являющимся индивидуальным предпринимателем или членом органа управления коммерческой организации, обязательств по договору в сфере предпринимательской деятельности, сторонами которого являются только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Читайте так же:  Пенсионное обеспечение федеральных государственных гражданских служащих в 2020 году

С одной стороны, на мой взгляд, это толкование является не совсем удачным, поскольку противоречит понятию предпринимательской деятельности, изложенному в гражданском законодательстве, исходя из которого таковой могут заниматься и организации, носящие статус некоммерческих. С другой стороны, оно, по крайней мере, не устанавливает понятие предпринимательской деятельности лишь в отношении коммерческих организаций без государственного участия, как это отмечено в статье 20 УПК РФ. Таким образом, разъяснения Верховного Суда РФ в этой части выглядят гораздо либеральнее закрепленного непосредственно в УПК РФ определения, пусть и не регулирующего непосредственно порядок избрания меры пресечения по конкретным статьям.

В отношении квалификации действий по ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата) каких-либо нововведений обсуждаемое постановление не вносит. Вместе с тем, нельзя не обратить внимание на очередные разъяснения относительно того, что для подобной квалификации необходимо установить, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества. Следует отметить, что практика квалификации любых действий, в том числе гражданско-правового характера, именно как растраты, в последнее время является новейшим трендом правоприменения для недобросовестных следователей, причем вышеуказанные разъяснения о специальном статусе лица в отношении вверенного имущества игнорируются.

Оценивая документ в целом, необходимо признать, что он, как и предыдущее ориентирующее судей постановление по этой же проблематике, носит достаточно прогрессивный и во многом ласкающий адвокатский взгляд характер. Остается надеяться, что документ будет неукоснительно исполняться нижестоящими судами и сможет переломить складывающуюся удручающую ситуацию с привлечением к уголовной ответственности предпринимателей. Впрочем, объективности ради иные аналогичные документы Верховного Суда РФ с подобной задачей не справились.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.1980 N 6 (ред. от 06.02.2007) «О практике применения судами Российской Федерации законодательства при рассмотрении дел о хищениях на транспорте»

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 23 декабря 1980 г. N 6

О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПРИ РАССМОТРЕНИИ ДЕЛ
О ХИЩЕНИЯХ НА ТРАНСПОРТЕ

В условиях роста грузооборота исключительное значение имеет обеспечение полной сохранности имущества при его перевозках на железнодорожном, воздушном, водном и автомобильном транспорте.

Пленум отмечает, что суды Российской Федерации при рассмотрении этой категории уголовных дел обеспечивают в основном правильное применение законодательства и возмещение причиненного преступлениями материального ущерба.

Вместе с тем в судебной практике имеются ошибки и недостатки, снижающие эффективность деятельности судов по предупреждению и искоренению хищений грузов на транспорте.

Допускаются ошибки в квалификации действий привлеченных к ответственности по способу совершения хищения, размеру (стоимости) похищенного и другим признакам этого преступления. По-разному решаются вопросы квалификации хищений в случаях, когда лицо обращает в свою пользу лишь часть имущества, изъятого из подвижных транспортных средств; хищений билетов для проезда на железнодорожном, воздушном, водном и автомобильном транспорте; талонов на горючее и смазочные материалы; действий работников транспорта, получивших от граждан и присвоивших деньги за безбилетный проезд пассажиров или незаконный, без оформления транспортных документов, провоз багажа, а также хищений, сопряженных с умышленным уничтожением другого имущества.

В некоторых случаях суды не соблюдают требования закона об индивидуализации наказания, в результате чего допускают послабления в отношении лиц, совершивших хищение в крупных размерах, организаторов и наиболее активных участников преступлений, либо назначение неоправданно суровых мер наказания лицам, впервые совершившим хищения в незначительных размерах.

В нарушение требований ст. 29 УПК РФ суды не по каждому делу выявляют обстоятельства, способствовавшие совершению преступлений; не всегда реагируют на вскрытые недостатки в обеспечении сохранности грузов, на факты бесхозяйственности, разбазаривания и порчи материальных ценностей.

В частных определениях нередко не содержится указаний на конкретные причины и условия, способствовавшие совершению хищений, не всегда обеспечивается надлежащий контроль за выполнением таких частных определений.

Областные и соответствующие им суды не всегда своевременно выявляют и устраняют допускаемые нижестоящими судами ошибки в применении законодательства по делам о хищениях на транспорте и недостаточно изучают судебную практику.

В целях устранения отмеченных недостатков Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет:

1. Обратить внимание судов на необходимость строжайшего соблюдения законодательства об ответственности за преступления, связанные с хищением грузов и других материальных ценностей на железнодорожном, воздушном, водном и автомобильном транспорте.

4. Судам необходимо устранить ошибки, связанные с понятием продолжаемых хищений и квалификацией хищений, сопряженных с умышленным уничтожением либо повреждением другого имущества, не являющегося предметом хищения. При этом следует иметь в виду, что:

а) продолжаемым хищением должно признаваться неоднократное незаконное безвозмездное изъятие имущества, складывающееся из ряда тождественных преступных действий, если указанные действия совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого умысла на хищение определенного количества материальных ценностей;

б) хищение, сопряженное с умышленным уничтожением или повреждением имущества, принадлежащего транспортным предприятиям и организациям или находящегося в их владении, подлежит квалификации по совокупности преступлений — как хищение имущества и умышленное уничтожение или повреждение такого имущества;

в) если хищение имущества на транспорте было сопряжено с умышленным разрушением, повреждением или приведением иным способом в негодное для эксплуатации состояние транспортного средства, путей сообщения, средств сигнализации или связи либо другого транспортного оборудования, а равно блокирование транспортных коммуникаций, если эти деяния повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо причинение крупного ущерба, они должны квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующими статьями Уголовного кодекса Российской Федерации об ответственности за хищение и ст. 267 УК РФ.

5. Разъяснить, что действия лиц, совершивших хищение талонов на горючее и смазочные материалы, которые непосредственно дают право на получение имущества, а равно хищение абонементных книжек, проездных и единых билетов на право проезда в метро и на других видах городского транспорта, находящихся в обращении как документы, удостоверяющие оплату транспортных услуг, независимо от использования похищенных знаков по назначению или сбыта их другим лицам должны квалифицироваться как оконченное преступление.

Читайте так же:  Отчет о движении денежных средств алименты строка

6. Действия лиц, похитивших билеты для проезда на железнодорожном, воздушном, водном и автомобильном транспорте или другие знаки, которые могут быть использованы по назначению лишь после внесения в них дополнительных данных (заполнение текста, скрепление печатью, компостирование и т.п.), а равно лиц, совершивших хищение билетов, предназначенных для продажи через кассовые аппараты трамваев, троллейбусов и других городских транспортных средств с целью последующей реализации через уполномоченных на то работников транспорта (кассиры, кондукторы, приемщики багажа и др.) и присвоения вырученных от продажи средств, должны квалифицироваться как приготовление к хищению имущества, а в случаях частичной или полной реализации похищенных документов — соответственно как покушение либо оконченное преступление.

Похищение билетов и других знаков, совершенное лицом с целью использования по назначению как средство оплаты транспортных услуг, надлежит квалифицировать по ст. 325 и ст. ст. 30 и 165 УК РФ как хищение бланков и приготовление к причинению имущественного ущерба путем обмана, а в случаях фактического их использования — по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 325 и 165 УК РФ.

В случаях подделки похищенных билетов и предъявления их транспортной организации для оплаты под видом отказа от поездки, опоздания к отправлению (вылету) транспортного средства и т.п. либо сбыта таких поддельных билетов гражданам действия лица должны быть квалифицированы как подделка документов (ст. 327 УК РФ) и мошенничество (ст. 159 УК РФ).

9. Обратить внимание судов на необходимость строгого выполнения требований закона о своевременном и полном возмещении материального ущерба, причиненного хищениями на транспорте.

Принимая решения о возмещении материального ущерба, суд должен указать в приговоре размер ущерба в денежном выражении, привести доказательства в подтверждение своих выводов и закон, на основании которого разрешен вопрос о его возмещении.

10. Обратить внимание судов на их обязанность строго соблюдать требования ст. 29 УПК РФ. В связи с этим судам необходимо при рассмотрении каждого дела о хищениях на транспорте устанавливать конкретные обстоятельства, обусловившие возможность совершения преступления (ненадлежащая охрана грузов, нарушение порядка погрузки и перевозки материальных ценностей, неисправность подвижного состава и т.п.), и путем вынесения частных определений обращать на них внимание руководителей предприятий, учреждений, организаций и других лиц для принятия необходимых мер к их устранению.

11. Верховным судам республик, краевым, областным и соответствующим им судам усилить надзор за рассмотрением судами дел о хищениях на транспорте, добиваясь правильного и единообразного применения законодательства по делам данной категории. Регулярно изучать и обобщать судебную практику по таким делам, обращая особое внимание на выявление причин и условий, способствовавших совершению хищений. Материалы обобщений использовать для подготовки соответствующих информаций по вопросам обеспечения сохранности грузов на транспорте.

Семь дел, где применили постановление Пленума ВС о мошенничестве

Оплата чужой картой – вопросы квалификации

Пластиковые карты распространяются все шире. Преступлений в этой сфере тоже становится больше. По какой статье их правильно квалифицировать, разъясняет Пленум Верховного суда в Постановлении № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Например, если человек использовал чужую карту в банке, магазине, другой организации, это «мошенничество с использованием электронных средств платежа» – при условии, что он говорил сотрудникам, что это его собственная карта, или просто молчал. Самый «простой» состав такого мошенничества предусмотрен ч. 1 ст. 159.3 УК и предусматривает в том числе лишение свободы до трех лет.

Действия Дениса Килина суд сначала квалифицировал как кражу. Килин подобрал на тротуаре чужую карточку и отправился по магазинам. Вводить пин-код не требовалось, так что в итоге он успел потратить порядка 20 000 руб. За это первая инстанция приговорила подсудимого к 1,5 годам лишения свободы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Максимальное наказание по этому составу – шесть лет лишения свободы.

С решением районного суда оказался не согласен Верховный суд Удмуртии. Он напомнил о содержании п. 7 Постановления Пленума № 48. Согласно ему, использование чужой карты надо квалифицировать как мошенничество, если человек говорил сотрудникам магазина, что это его карта, или молчал, что она чужая. Но первая инстанция не разобралась, как Килин расплачивался чужой картой, участвовали ли в этом продавцы и каким образом. Нужно было установить эти факты и определить, было ли это тайное изъятие или мошенничество, указывается в апелляционном определении № 22-528/2019. С такими указаниями апелляция отправила дело на новое рассмотрение.

Похожую ошибку в другом деле исправил Калининградский областной суд. Там Сергей Кипайкин оплатил покупки и онлайн-игру чужой картой на 15 000 руб. Апелляция указала, что таким образом осужденный создал у продавцов впечатление, будто использует ее правомерно. Фактически он обманул их, что имеет право расплачиваться картой. Поэтому областной суд переквалифицировал действия Кипайкина с кражи на мошенничество с использованием платежных карт. В итоге тот получил 1 год и 8 месяцев лишения свободы (дело № 22-1703/2018).

Где будут судить за мошенничество с картами

В п. 5 постановления Пленума говорится о мошенничестве с безналичными денежными средствами. Преступление считается оконченным тогда, когда деньги были списаны со счета, а их владелец потерпел ущерб. Суды используют это разъяснение, когда определяют место совершения преступления и территориальную подсудность. Такой вопрос возник в деле В. Добровольского, который, по мнению следствия, похитил деньги с банковского счета УМВД России по Новгородской области. Дело поступило в Новгородский районный суд.

Но сторона защиты ходатайствовала о том, чтобы перенести рассмотрение дела в Дорогомиловский райсуд Москвы. Адвокат указывал, что Добровольский действовал на территории Москвы и там же организовал дальнейшее движение полученных средств. Кроме того, большинство свидетелей находятся в Москве, обращала внимание защита. Первая инстанция согласилась перенести рассмотрение дела в столицу, но апелляция оказалась другого мнения.

Читайте так же:  Изменение порядка взыскания алиментов

Как напомнил Новгородский областной суд, особенность хищения «безнала» в том, что оно считается оконченным уже в момент изъятия денег. Это значит, что местом совершения мошенничества надо считать место нахождения банковского счета. В случае Добровольского – это Великий Новгород. И нет разницы, где совершены предшествующие действия и где лицо распорядилось деньгами, указала апелляция в Постановлении № 1-206-22-400/2019.

Онлайн-переводы и компьютерные вмешательства

Похитить чужие средства можно и без карты, например, с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, обманув владельца. Это кража, но если при этом виновный незаконно не влиял на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами сети. Это разъясняет п. 21 Постановления № 48.

Эти разъяснения не учел суд первой инстанции, который квалифицировал действия А. Ербягина п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Ербягин использовал «мобильный банк», чтобы переводить себе деньги с чужого счета. Сколько именно, из судебных актов вымарано, указано только, что «ущерб значительный». По п. «г» ч. 3 ст. 158 УК Ербягин получил два года лишения свободы. Но Красноярский краевой суд счел наказание слишком суровым и объяснил это в определении № 22-993/2019.

Апелляция решила, что осужденный совершил «простую» кражу в крупном размере, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК. По ней санкции заметно меньше, чем по п. «г» ч. 3 этой же статьи. Дело в том, что Ербягин пользовался «мобильным банком», но не вмешивался в работу программ, серверов и информационно-телекоммуникационных сетей. Краевой суд убрал этот квалифицирующий признак из приговора и с учетом других смягчающих обстоятельств назначил подсудимому год исправительных работ с удержанием 10% зарплаты.

Компьютерное вмешательство имело место в другом уголовном деле, где судили продавца салона связи «Мегафон» Петра Зволя. С помощью переоформления счетов абонентов он вывел порядка 500 000 руб., принадлежавших «Мегафону». Махинации он проводил в компьютерной базе лицевых счетов. Поэтому районный суд определил преступление как «мошенничество в сфере компьютерной информации» (ч. 1 ст. 159.6 УК). При этом первая инстанция отказалась дополнительно квалифицировать действия Зволя по ч. 3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации с использованием служебного положения»). Районный суд объяснил свое решение тем, что Зволь использовал доступ к базе данных для реализации преступного намерения завладеть деньгами «Мегафона». То есть эти действия и так входили в состав мошенничества.

Первую инстанцию поправил Самарский областной суд со ссылкой на п. 20 Постановления Пленума № 48. Там содержатся правила квалификации мошеннических действий, которые сопряжены с «неправомерным доступом к компьютерной информации или использованием вредоносных компьютерных программ». Это не только ст. 159 УК «Мошенничество», но и одна из трех специальных статей в зависимости от обстоятельств преступления: ст. 272 («Неправомерный доступ к служебной информации»), 273 («Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ») или 274 УК («Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»). Апелляция сочла, что здесь требуется дополнительная квалификация. Все-таки продавец «Мегафона» неправомерно занимался модификацией охраняемой законом информации, за что предусмотрена ответственность ст. 272 УК, говорится в определении № 22-6541. В итоге дело направилось на пересмотр.

Хищение с подделкой: как квалифицировать

Если мошенник использовал подделки официальных документов, то преступление надо дополнительно квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК, указывается в п. 7 постановления Пленума. По этому пункту наказание за «подделку официального документа, который предоставляет права или освобождает от обязанностей», предусматривает, в частности, принудительные работы или лишение свободы на срок до двух лет. Это в два раза меньше, чем санкция по ч. 2 этой статьи за «те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение».

Первая инстанция не учла разъяснения ВС, когда оценивала действия Гуляйлы Омахановой в одном из уголовных дел. Директора ООО «Центр моды и дизайна» осудили за махинации при выкупе муниципального помещения у Махачкалы. С помощью поддельных документов директор хотела «сбить» цену на 1 млн руб. Она предъявила отчеты, которые подтверждали ремонт на эту сумму, хотя на самом деле никаких работ не проводилось, а подписи на бумагах оказались подделаны.

За это Омаханова получила 3,5 года условно (по совокупности за покушение на мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и «подделку с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение» (ч. 2 ст. 327 УК). Верховный суд Республики Дагестан в целом поддержал приговор районного суда, но поменял квалификацию подделки на ч. 1 ст. 327 УК в соответствии с указаниями Пленума Верховного суда РФ. Это отразилось на итоге дела. Поскольку «дополнительное» преступление небольшой тяжести, то по нему уже успел закончиться двухлетний срок привлечения к ответственности. Поэтому ВС Дагестана освободил Омаханову от ответственности. В апелляционном определении № 22-572 остались только 3 года условно за покушение на мошенничество.

Должностное преступление без должности

Чем отличается мошенничество с использованием служебных полномочий, разъясняет п. 29 Постановления Пленума № 51. В частности, его может совершить лицо, которое использует во вред свои «служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции».

Для правильной квалификации преступления их необходимо четко определить, напомнил Оренбургский облсуд в уголовном деле Игоря Перепелкина. По итогам такого пересмотра подсудимому удалось добиться смягчения наказания.

Районный суд приговорил его к 2,5 годам в колонии общего режима и штрафам в общей сумме на 750 000 руб. Перепелкина признали виновным в уклонении от уплаты налогов (ч. 1 ст. 199 УК) и покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК). Как установило следствие, фактический руководитель ООО оформлял фиктивные поставки и пытался возместить из бюджета более 3 млн руб. НДС. Первая инстанция решила, что Перепелкин совершил мошенничество с использованием служебного положения, потому что он распорядился учредить эту фирму и фактически управлял ею (бизнес был оформлен на родственницу лишь номинально).

Читайте так же:  Вернуть долг без расписки с физического

Видео (кликните для воспроизведения).

Иного мнения оказался Оренбургский областной суд. Он применил более формальный подход. По документам осужденный в компании никто и никаких полномочий не имеет. «Суд не указал в приговоре, какими служебными полномочиями был наделен Перепелкин и какие он использовал при совершении преступления», – излагается в определении № 22-680/2019. Придя к таким выводам, апелляция уменьшила штраф на 250 000 руб.

ОФИЦИАЛЬНЫЙ ДОКУМЕНТ КАК ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Е. ЛЬВОВА, А. МАКАРОВ

Е. Львова, А. Макаров, адвокаты Московской городской коллегии адвокатов.

Официальные документы являются предметом преступлений, предусмотренных ст. ст. 238, 292, 324, 325, 327 УК РФ. Для правильной квалификации действий по названным статьям необходимо ясно представлять, что же понимается под таким документом. К сожалению, законодательство не дает определения официального документа, применимого для целей уголовного судопроизводства.

Ученые — криминалисты предлагают различные дефиниции. Так, одни полагают, что официальным является документ, за которым государство в установленном законом или иным нормативным актом порядке признает юридическое значение. Он может подтверждать или отрицать событие или факт, относящиеся к прошлому, настоящему или будущему. Официальные документы выдаются государственными или негосударственными органами либо адресуются им. Поэтому официальным является или может стать также засвидетельствованный в нотариальном порядке документ частного (личного) характера: доверенность, расписка, договор. Другие ученые под официальным документом понимают надлежащим образом оформленный материальный носитель информации о наличии либо отсутствии фактов, имеющих юридическое значение. Официальность документа означает, что он имеет все необходимые реквизиты и подписан уполномоченным лицом.

Известны и другие взгляды на рассматриваемое понятие. Неудивительно, что различные суды в одних случаях признают один и тот же документ «официальным», а в других — не считают его таковым.

Следует иметь в виду, что в некоторых законах содержатся определения понятий «документ» и «официальный документ».

Так, в ст. 2 Федерального закона от 20 февраля 1995 г. «Об информации, информатизации и защите информации» под документом понимается зафиксированная на материальном носителе информация с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать.

Статья 8 Закона РФ от 9 июля 1993 г. «Об авторском праве и смежных правах» так очерчивает круг официальных документов: «официальные документы (законы, судебные решения, иные тексты законодательного, административного и судебного характера), а также их официальные переводы».

Согласно ст. 1 Федерального закона от 29 декабря 1994 г. «Об обязательном экземпляре документов» документ — это материальный объект с зафиксированной на нем информацией в виде текста, звукозаписи или изображения, предназначенный для передачи во времени и пространстве в целях хранения и общественного использования, а согласно ст. 5 указанного Закона под официальным документом понимается произведение печати, публикуемое от имени органов законодательной, исполнительной и судебной власти, носящее законодательный, нормативный, директивный или информационный характер.

Однако названные законы определяют понятия «документ» и «официальный документ» применительно к целям указанных законодательных актов, что делает проблематичным их использование при рассмотрении уголовных дел.

На практике встречаются попытки применения вышеприведенных дефиниций по аналогии, что противоречит основам современного цивилизованного уголовного права, а именно — принципу законности, исключающему возможность наступления уголовной ответственности по аналогии (ст. 3 УК). К тому же нормы УК, перечисленные в начале статьи, не являются бланкетными и отсылочными, в связи с чем обращение к иным правовым актам считаем неправомерным.

Итак, сложилась парадоксальная ситуация, когда отсутствует нормативно — правовое закрепление понятия «официальный документ», применимого для отправления уголовного судопроизводства, однако это вовсе не мешает судам выносить обвинительные приговоры по делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 238, 292, 324, 325, 327 УК.

Представляется целесообразным включить в УК (например, в качестве примечания к ст. 324) определение понятия «официальный документ». Ведь ничто не помешало законодателю в примечании к ст. 285 УК дать ряд понятий, в частности, должностных лиц.

Предлагаем сформулировать понятие «официального документа» следующим образом:

«Под официальным документом в статьях настоящей главы и других статьях настоящего Кодекса понимается надлежащим образом оформленный материальный носитель с зафиксированной на нем информацией, исходящей от любых органов и лиц и подтверждающей юридический факт либо исходящей от имени органов, должностных лиц законодательной, исполнительной, судебной власти и местного самоуправления, независимо от ее характера.

Под юридическими фактами понимаются такие фактические обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение, существование, изменение, прекращение прав и обязанностей».

Приведенное определение широко толкует понятие «официального документа», однако такой подход считаем единственно правильным. Если законом с тем или иным фактом связываются правовые последствия, то не имеет значения, на каком материальном носителе закреплена информация об этих обстоятельствах и от каких именно субъектов исходит данный документ (от государственных органов, юридических или частных лиц). Главное — содержание информации и то, что закон придает ей юридическое значение. Например, будет являться подделкой официального документа внесение изменений в компьютерную базу данных ГИБДД, подделка договора от имени физического лица или доверенности на право совершения юридически значимых действий от имени юридического лица и т.д.

Что же касается документов, исходящих от органов и должностных лиц законодательной, исполнительной, судебной власти и местного самоуправления, то они могут и не содержать сведений о юридически значимых фактах. Главная цель уголовно — правовой охраны таких документов — сохранение в обществе абсолютного доверия к документам, исходящим от указанных органов. Например, как нам представляется, следует признать подделкой официального документа неправомерное внесение изменений в информационное письмо органа исполнительной власти, даже если в нем не содержится информации о юридически значимых фактах.

Поскольку процесс внесения изменений в УК может занять длительное время, а существующий пробел отрицательно сказывается на практике рассмотрения судами конкретных уголовных дел, считаем, что его мог бы временно восполнить Верховный Суд РФ, дав соответствующее разъяснение в постановлении Пленума.

ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 29.12.1994 N 77-ФЗ
«ОБ ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ ДОКУМЕНТОВ»
(принят ГД ФС РФ 23.11.1994)

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 20.02.1995 N 24-ФЗ
«ОБ ИНФОРМАЦИИ, ИНФОРМАТИЗАЦИИ И ЗАЩИТЕ ИНФОРМАЦИИ»
(принят ГД ФС РФ 25.01.1995)

Читайте так же:  Оформление инвентаризации дебиторской и кредиторской задолженности

«УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 24.05.1996)
Российская юстиция, N 10, 2000

Статья 327 УК РФ. Подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков

1. Подделка официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования или сбыт такого документа либо изготовление в тех же целях или сбыт поддельных государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР, штампов, печатей или бланков —

наказываются ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Подделка паспорта гражданина или удостоверения, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях их использования или сбыт таких документов —

наказываются ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

3. Приобретение, хранение, перевозка в целях использования или сбыта либо использование заведомо поддельных паспорта гражданина, удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, штампов, печатей или бланков —

наказываются ограничением свободы на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на срок до одного года.

4. Деяния, предусмотренные частями первой — третьей настоящей статьи, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, —

наказываются принудительными работами на срок до четырех лет либо лишением свободы на тот же срок.

5. Использование заведомо подложного документа, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи, —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев.

Комментарии к ст. 327 УК РФ

1. Непосредственный объект преступления — общественные отношения по поводу изготовления, использования и сбыта документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков.

2. Предмет преступления включает:

а) удостоверение — официальный, именной документ, удостоверяющий (подтверждающий) личность, ее статус, юридический факт, определенное право или освобождение от обязанности. Предметом преступления, указанного в ч. 1 ст. 327, является не любое удостоверение, а только такое, в котором закреплен юридический факт, предоставляющий право или освобождающий от обязанности (например, служебное удостоверение прокурора или следователя, удостоверение ветерана труда);

б) иной официальный документ, предоставляющий права или освобождающий от обязанностей, может касаться как частного лица (например, листок нетрудоспособности, трудовая книжка, диплом), так и юридического лица (например, приказ, лицензия, сертификат);

в) штамп (см. комментарий к ст. 325);

г) печать (см. комментарий к ст. 325);

д) бланк — лист бумаги с частично напечатанным текстом, иногда со штампом, содержащий сведения об организации, дату выдачи документа и его регистрационный номер (бланк диплома, паспорта, свидетельства о браке и т.д.);

е) государственные награды РФ, РСФСР, СССР (см. комментарий к ст. 324).

3. Объективная сторона преступления состоит из:

подделки удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей;

сбыта такого документа;

изготовления поддельных государственных наград РФ, РСФСР, СССР, штампов, печатей, бланков;

сбыта таких наград, штампов, печатей, бланков.

Подделка документа может быть материальной или интеллектуальной. Материальная подделка — это искажение подлинного документа, внесение в него различных изменений путем подчистки, дописки, вытравления текста, вклеивания, исправления, замены текста на другой, подделки подписи, оттиска печати и другими способами. Интеллектуальная подделка выражается в составлении ложного по содержанию, но подлинного по форме документа. Если же изготовлен поддельный по форме и содержанию документ, то налицо материально-интеллектуальная подделка.

О понятии сбыта документа и государственных наград см. комментарий к ст. 324.

Изготовление может выразиться как в полной фабрикации наград, штампов, печатей, бланков, так и во внесении изменений в эти предметы, в их частичной подделке.

Состав преступления формальный, преступление окончено с момента совершения одного из указанных действий.

4. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Обязательным ее признаком является цель использования подделанных удостоверения или иного официального документа, а также изготовления наград, штампов, печатей, бланков.

5. Субъект преступления — лицо, достигшее возраста 16 лет.

6. Часть 2 ст. 327 содержит один квалифицирующий признак: совершение деяний, указанных в ч. 1 статьи, с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение (см. комментарий к ст. 63).

7. Часть 3 ст. 327 предусматривает самостоятельный состав преступления — использование подложного документа. Предметом этого преступления является подложный официальный документ, предоставляющий права или освобождающий от обязанностей. Обманное использование неподдельного чужого или иного своего документа не образует состава этого преступления.

Использование подложного документа — это его предъявление или представление с целью получения каких-либо прав или освобождения от обязанностей. Предъявление означает ознакомление (демонстрацию, показ) с документом определенных лиц. При представлении документ передается (пересылается) в определенную организацию и выходит из владения лица (например, представление подложного листка нетрудоспособности по месту работы). Длительное использование подложного документа расценивается как длящееся преступление, оконченным оно считается с момента последнего преступного действия .

БВС РСФСР. 1973. N 10. С. 11, 12.

Лицо, подделавшее документ и его использовавшее, несет ответственность только по ч. 1 или ч. 2 ст. 327 УК .

БВС РФ. 1999. N 10. С. 9.

Использование подложного документа является разновидностью обмана. Поэтому в случаях, когда обман выступает способом совершения преступлений, предусмотренных ст. ст. 159 и 165 УК, и выражается в использовании подложных документов, дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 не требуется.

Видео (кликните для воспроизведения).

8. Субъективная сторона предполагает осознание виновным подложности используемого документа.

Пленум верховного суда по подделке официальных документов в 2020 году
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here